Мороз пробирает до костей. Куртка более не помогает. Ботинки утопают в сугробах.
Я с каждым шагом всё ближе к замку.
Ощущаю чужой взгляд на своём затылке. Гигантский металлический транспортник о пяти ногах наблюдает за мной. Он молчит, как и его хозяин – Филлин. Знает ли он, что Филлин уже минут пятнадцать как мёртв?
Да, отлетался Филлин. Не судьба ему более пахать на моего старшего брата.
Интересно, зачем он сюда вообще прилетел? Ответы на мои вопросы наверняка лежат в его транспортнике.
А он заперт.
Да и открывать его я не стану. Одно неверное движения – и я вновь окажусь в круговороте политики корпоративной коалиции
У меня есть два возможных ключа к нему. Две электронных линзы ныне покойного Филлина Роузберри. И энергетический пистолет серии «ЛК», подаренный ему благодарными жителями Норби.
Город Норби находится за сотни миллионов километров отсюда. Филлину следовало оставаться там. Но вместо этого он прилетел в данные морозные пустоши. Сейчас никаких жителей, тем более благодарных, здесь нет.
Филлин знал об этом. Он ведь работает на пятого наследника корпоративной коалиции.
Теперь же его энергетический пистолет в моей левой руке. Я осматриваю его ещё раз, в поисках новых зацепок. Но мне мешают блики местного солнца. Оно поднялось из-за горизонта, возвещая наступление утра.
Смотрю на него подслеповатыми глазами. Мне не удалось выспаться из-за внезапного и тайного визита Филлина. Тушу этого любителя таинственности мне сейчас из замка выволакивать. Не оставлять же мёртвого идиота смердеть на весь замок?
Да и Кейт не потерпит промедления в этом вопросе. Она прямо сейчас ждёт моего возвращения. Мне следует ускорится.
Холодный ветер бьёт меня прямо по лицу. Я пытаюсь игнорировать его, но тщетно. Не могу дышать. Рефлекторно отворачиваюсь в сторону, продолжая движение к замку.
Моим глазам предстаёт поражающий воображение массивный горный хребет. Он весь бело-серый, подсвечен солнцем и постепенно снижается вправо. В сторону единственного пути на другую половину материка. Там небо чернеет, а на смену твёрдому снегу приходят болота.
В левую сторону горный хребет возвышается. Там горы пронзают бледно-коричневые облака. Ещё левее – тьма, смертоносный холод и скованный им океан.
Я помню название сего горного массива – Светлые Горы. Но я не вижу в них ничего светлого. Они мрачные. А на их вершинах расположено что-то поистине нехорошее.
– Ты никуда не вернёшься, и никуда не сбежишь!
Моё сердце начинает бешено стучать. Кровяное давление усиливается. Я останавливаюсь. Мне ужасно плохо и хочется бежать отсюда. Без разницы куда, со всех ног.
Размеренно дышу. Краешком глаза оглядываюсь на вершины Светлых Гор.
Я их посещал когда-то. Воздух там отсутствует, холод непереносим, а люди живут под землёй. Умные и квалифицированные люди вроде Филлина. Труп которого всё ещё лежит в замке.
Спустя несколько шагов я возвращаюсь туда. Теплее не становится. Ставлю оба пистолета на предохранители и кладу в карман куртки.
На выходе из коридора меня встречает Кейт. Она полностью одета и на удивление спокойна.
В руках у неё – обычный пистолет гражданской модификации. Из него она застрелила Филлина, почти прикончившего меня самого. И тем самым спасла мне жизнь.
Я смотрю ей в глаза. Однако мой взгляд отвлекает невиданный доселе аксессуар на её шее. Это нашейный обруч Филлина, обеспечивающий защиту от энергетического оружия.
Нормально одетая, спокойная, с оружием в руках и нашейным обручем, Кейт выглядит как армейская шпионка. А я уже видел армейских шпионок.
– Всё в порядке, Кинди? – она подходит ближе. – Я не слышала выстрелов, и…
Я без лишних слов крепко обнимаю её.
– Ай! – Кейт резко отталкивает меня. – Холодно, блин! Ты прямо как ходячая сосулька!
– Неудивительно, – отвечаю я, ничуть не обижаясь. – Здесь всё тихо?
– Слишком тихо, дорогой. Я волновалась за тебя. Нашёл там кого-нибудь?
– Нет, – мотаю головой. – Только личный транспортник мистера Филлина.
– Он прилетел один? – Кейт усмехается. – Такое поведение в его стиле.
– Правда? – я удивлён. – Откуда ты знаешь, что в его стиле, а что нет?
– Из слухов, Кинди. А по слухам, мистер Филлин ведёт себя странно. Всегда путешествует один, действует скрытно, держится особняком от всех. Некоторые считали, что он потерял свою тайную возлюбленную, и поэтому стал одиночкой.
– Ну и бредятина, – я улыбаюсь Кейт и качаю головой. – Я точно помню, что у Филлина есть семья. А сам он промышляет нехорошими делами для моего брата. Отсюда и вся скрытность.
Лицо Кейт приобретает хмурый оттенок .
– Если ты и так всё знаешь, то зачем меня спрашивать? – обиженно спрашивает она.
– Потому что я не знаю всего, Кейт! В этом всё и дело. Мне известен лишь характер работы покойного мистера Роузберри. А какой он человек – не имею ни малейшего понятия. Я им никогда не интересовался.
– Неудивительно, – она отворачивается. – Тебе ведь все люди до лампочки.
Я приближаюсь к ней и трогаю за плечо.
– Не все, Кейти – говорю я как можно мягче. – Только самые плохие. Твой мистер Филлин занимался похищением и доставкой детей для нужд моего братца.
– Быть того не может, – она оглядывается на меня.
– Ещё как может, солнце. Помнишь военное положение на Шаффране?
– Боже… – Кейт полностью разворачивается ко мне. – Мне тогда сколько лет было-то? Семь, кажется. Или восемь. Это когда целую детскую экскурсию из учебного центра похитили?
– Ага, – отвечаю я ей. – А курировал ту «операцию» наш ныне покойный друг. Так что можешь не горевать о нём.
– А ты? – внезапно спрашивает меня Кейт. – Ты же всё знал! Почему ты их не спас?
– Я узнал позже, Кейти. И ничего не смог сделать.
– Но ты же восьмой наследник! – восклицает Кейт, будто данный факт является непробиваемым аргументом.
– В том-то всё и дело, что я восьмой наследник, – говорю ей. – Последний и самый младший в своём роду. Я никак не могу помешать своим старшим братьям и сёстрам. Максимум, чего я добился – не стал таким же.
– Но ты похитил меня… – робко произносит Кейт.
– Ой, вот не надо тут начинать! – я отмахиваюсь от её попытки в конфликт. – Одно слово – и я тебя верну обратно. Туда, где ты никому не нужна. Где с тобой, как обычным гражданским, могут вытворять что угодно. Хочешь?
– Нет, – решительно отвечает она, пугаясь описанной мною перспективы. – Не хочу.
– Вот и умница, – тепло отвечаю ей. – А теперь иди отдыхай. Не выспалась, наверное.
Я направляюсь к лестнице.
– Ты голодный? – раздаётся голос за моей спиной.
– Нет.
– Не обманывай себя, – настаивает Кейт. – Ты голодный. Я испеку тебе блинов. Будешь блины?
– Подожди, Кейти, – говорю ей, продолжая движение к лестнице. – Сначала мистера Филлина спрошу, будет ли он.
Кейт тяжело вздыхает.
– Ты такой уёбок, Кинди, – отвечает она и уходит вглубь замка. Оттуда доносится её возмущённый крик. – Сердца у тебя нет!
– Пф-ф… – фыркаю я в ответ и пожимаю плечами. – А у кого оно в наше время есть?
Тихо задав себе столь странный вопрос, я поднимаюсь по лестнице и добираюсь до Филлина. Последний успел истечь кровью. Белый мрамор вокруг мёртвого тела портит тёмно-красная лужица. Она также пачкает мои ботинки.
Лишь старый алый ковёр, пронизывающий весь коридор второго этажа, ничуть не пострадал. Он успешно абсорбировал кровь покойника и заиграл новыми, свежими красками. Засранец.
– Эх, Филлин-Филлин! – говорю я лежащему в крови телу. – Стал жертвой отсутствия собственных манер. Ну разве так приходят в гости к наследнику целой межгалактической корпоративной коалиции?
Мистер Роузберри вежливо молчит.
Я хватаю его за ногу и начинаю волочь. Меня охватывает омерзение.
– Ты явно ошибся на мой счёт, Филлин, – продолжаю я воспитательную беседку, рывками передвигая незваного гостя. – Должно быть, решил, что я какой-то неудачник. Верно?
Ненадолго останавливаюсь для передышки. Затем вновь тащу агента своего старшего брата к выходу.
– Подумал, что я глупый мальчишка, которого можно использовать, да? Погрязший в разврате идиот, коего легко застать прямо в постели. Что я стану тебя дожидаться и с тобой какие-то беседы вести, надменное ты ушлёпище? Может, что я в тебя бластером потыкаю чисто для внушения, а? Сволочь поганая…
Всё, я у лестницы. Дальше – проще. Отдышавшись, я отстраняюсь от мраморных перилл. Затем лёгкими пинками отправляю Филлина кататься по ступеням.
Он то и дело застревает ногами и головой, будто не желая так просто уходить.
– Ты всегда был упорным, Филлин, – вспоминаю я вслух, помогая моральному инвалиду спуститься с лестницы. – Но манеры, мой дорогой друг! Манеры! Я понимаю, что девятое тысячелетие вот-вот подойдёт к концу. Однако у простейших правил этикета нет срока годности!
К счастью, алый ковёр пролегает и через мраморные ступени. Ничего не испачкав, Филлин Роузберри благополучно достигает первого этажа.
Зевая, я хватаю его за ногу и вывожу через пыльный коридор наружу.
– Как пришёл, так и ушёл! – говорю я, вытаскивая тело через дверь. – Так ведь говорят, Филлин? Фу-ух…
Смахиваю пот со своего лба. Становится очень холодно, но я сдюжу. Мой взгляд, как всегда, привлекает пятиногое металлическое чудовище.
– Твоя пташка? – спрашиваю я мертвеца. – Очень тихая, поздравляю. Ты ведь у нас мистер Скрытень, да? Транспортник твой, наверное, прямо ломится от секретов корпоративной коалиции. Жаль, что у меня нет на всё это времени.
Я цепляю Филлина за ногу и тащу дальше, в бескрайние заснеженные пустоши.
– Да и желания разбираться со всей это информацией у меня нет, – говорю я своему временному спутнику, волоча его по снегу. – Видишь ли, я сбежал сюда от всего этого. Но признаю, до меня долго доходило, что политические интриги – не мой уровень. Больные эксперименты над людьми – не мой уровень. Разработка смертоносных технологий – ней мой уровень. То же самое касается пыток и похищений недоразвитых людей. Тебе следовало оставаться рядом со своим хозяином. Но нет, ты полез ко мне.
Оглядываюсь на Светлые Горы и тут же отворачиваюсь.
– Ну а что я? Я не князь, не управленец, не идеал гуманизма, не бог и не политик. Я регулярно съезжал с дорожки и бороздил реки общечеловеческого дерьма. Совершенно недостойный наследник своего отца. Но вот забава-то! Он и сам регулярно вёл себя, как мудак. Моя мать вообще неизвестно где торчит. В одной из ваших воссозданных Шангри-Ла. Вот и всё, что мне известно. Я искал её, но не смог найти. А ведь я её практически не помню, Филлин.
Я отпускаю Филлина. Снега поглотят его. А весна здесь никогда не наступит.
Собираюсь уходить, но не могу. Следует хоть что-то сказать напоследок. Что-нибудь доброе.
– Даже не знаю, что тебе такого доброго сказать, Филлин, – говорю, скрещивая руки на груди. – Лично я прибыл сюда, чтобы найти одну вещь. Самую редкую. Полный душевный покой. Абсолютное спокойствие и тихую, размеренную жизнь. Не сказать, что я достиг просветления или чего-то в этом духе. Однако чего-то я всё же достиг. Я сбежал от политических интриганов, моральных уродов и надменных мразей. Практически забыл об их существовании. Правда, иногда меня накрывают реминисценции…
Тихонько оглядываюсь на Светлые Горы.
– Но не будем о грустном, – продолжаю я. – Не знаю, чем ты сюда прибыл, Филлин. Но явно затем, чтобы вновь меня ввергнуть в пучину политики. Может, чтобы сосватать меня с дочерью какого-нибудь лидера ваших кланов? Или для своих личных изысканий, касающихся членов Правления и их делишек? Ты всю жизнь вращался в тех кругах, и наверняка устал от подобной жизни. Я верю…
Легонько прокашливаюсь.
– Мне хочется верить, Филлин, что ты искал покоя от всей своей бурной жизни. Не явно, но по крайней мере в глубине души. И мне также хочется верить, что здесь ты обрёл покой. Также, как и я.
На мои глаза наворачиваются слёзы. Мне становится трудно произнести последнее слово. Финальный элемент истории Филлина Роузберри.
– Прощай.
Я разворачиваюсь и ухожу. Мне очень холодно, и я вот-вот околею. Стараюсь бежать. Ветер свистит в ушах. Голова леденеет. И мне кажется, что я слышу чей-то голос.
– Если будешь хорошо себя вести, то я позабочусь о том, чтобы…
– Чтобы что? – спрашиваю я, стискивая зубы навстречу ветру.
Ответа я не получаю. Ветер продолжает свистеть, но ничего нового. Вот так вот всегда.
Я наконец-то забегаю в замок. Продолжение загадочного обещания так и не приходит. Вместо них мне на ум приходят пышные, роскошные женские груди. И рыжие волосы. И шёпот на ушко, подобный ветру. Кто-то теребит мои волосы. Тепло горячего тело убаюкивает меня.
– А толку-то? – пробиваюсь вслух сквозь наваждение. – Ну какой вот смысл? Я теперь один. Всё закончилось.
Мысли о тёплых, сочных грудях меня отпускают. Тело вновь окутывает холодная реальность. Кто это вообще такая? Подумать я не успеваю. Сладкий аромат свежей выпечки достигает моего носа. Желудок урчит, требуя немедленного прибытия к источнику запаха. На мгновение я перестаю ощущать холод. Мигом устремляюсь на кухню.
– Закончил? – спрашивает меня Кейт
– Ага, – отвечаю я и тут же сажусь за единственный деревянный стол. Остальные я давным-давно выбросил. Они оказались слишком гнилые.
На столе меня ждёт целая тарелка горячих, сочных блинов. Вытираю руки об свои штаны и выхватываю один из них. Бледно-жёлтый паршивец обжигает мои пальцы. Требует, чтобы я его немедленно отпустил.
Чёрта с два! Я складываю его пополам несколько раз и откусываю.
М-м-м… Больно. Кажется, я обжог себе нёбо. Снова. Эти блины куда горячее той рыжей прошмандовки! Как там её звали? Как-то на «А», вроде бы. Алиса? Айри? Кусок сладкого теста катается у меня во рту, словно на карусели. Я наслаждаюсь каждым оттенком вкуса. Затем тщательно прожёвываю и проглатываю.
– Осторожнее, – говорит Кейт. – Не обожгись, как в прошлый раз.
– Поздно, Кейти, – отвечаю я ей и уплетаю остатки блина. – Сышком позно.
Прилив энергии позволяет мне вспомнить, как хорошо я здесь устроился.
Генераторы на термоядерных батарейках – есть. Портативная ванная и кухонная техника – есть. Воды – бесконечные запасы. Съестных запасов хватит как минимум на несколько лет. Потом осторожно слетаю на континент по соседству и загребу ещё. Хранить их проще некуда, так какк вся данная область – один большой холодильник. И это не считая горы медиа-материалов…
Удивительно, что Кейт не особо пополнела. Она почти всё приготовленное скармливает мне. А я вынужден ежедневно лазить по окрестностям. Хоть какие-то кардио-нагрузки выполнять. Такие как вынос трупов из здания, например.
Я не впервой этим занимался. Когда я сюда впервые прибыл, по всему замку валялись мёртвые тела. Полуразложившиеся останки былой, искусственной аристократии. Один из множества древних проектов нашей корпоративной коалиции получил завершение. Очень кровавое и жестокое.
Сначала я подумал, что бедняги-дворяне уничтожили друг друга. Но потом поменял своё мнение. В некоторых комнатах я обнаружил кровавые надписи на полу и стенах. Которые я позднее стёр.
«Мари, я тебя спасу!» «Мари, ну ты и дура!» «Мари, пожалуйста!» «Мари, где ты?!» «Мари, прости меня!» «Мари, вернись, я умоляю тебя!» «Мари, найти меня!»
Кто-то, одержимый этой загадочной «Мари», убил всех. Он уничтожил всю местную знать, обитающую в данном замке. По характеру сообщений мне трудно судить о поле предполагаемого серийного убийцы.
Одно знаю точно – этот человек крайне опасен.
Именно его следы я ищу, рыская по окрестностям.
Поначалу надеялся, что он был из числа выкинутых мною в снега трупов. Но затем обнаружил ещё одну кровавую надпись, ранее мною упущенную. В деревянной пристройке, раздавленной снегом.
Та надпись отличалась от прочих. В ней говорилось…