31-го был на работе, после собрались с мужиками, выпили немножко и разошлись. Я ехал домой в автобусе, меня никто не ждал и у меня не было никаких планов на празднование нового года. На работе меня даже никто не спросил, как я буду встречать новый год. А если бы спросили, пришлось бы слегка приврать.
Домой ехал на автобусе. На соседних сиденьях была, какая-то весёлая компания, два парня и три девушки, они весло о чём-то разговаривали, играла музыка. Я вышел из автобуса, было уже темно. Не торопился, ибо спешить мне некуда. Шёл мимо церкви, был слегка поддат, но опьянение уже отступало. Возле церковных ворот сидел попрошайка. Обычно я не замечаю таких персонажей, но видимо алкоголь, заставил быть меня великодушным. Я сунул руку в карман, начал искать мелочь. Среди ключей, зажигалки и прочего хлама, попалась лишь одна монета. Я кинул её нищему. Уже отойдя от него на пару метров, я услышал возмущённые крики: «Монета-то дырявая! Эй!». Я обернулся. Нищий был мужиком лет 40-50, него была разбита верхняя губа, а сам он был заросший седой бородой.
«Монету ты мне дырявую отдал, зачем она мне», - с претензией обратился он.
Я даже не помнил откуда у меня была эта монета. «Ну извини, другой нету», - ответил я, вспомнив что на работе один мой коллега, просверлив 10 рублей, отдал мне на удачу в новом году.
Старик явно хотел продолжить беседу и возвращая мне монету говорил: «Что праздновать-то не торопишься, время уже».
«Да особо некуда торопиться», - сказал я.
«Я вот тоже не знаю, чем себя занять. Но ты же моложе меня, что ты компанию не можешь себе найти», - завязывая разговор, вопрошал попрошайка.
«Так сложилось. Родня поумирала, а кто жив, те со своими семьями празднуют, я навязываться не люблю. На работе все коллеги предпенсионного возраста в основном, у меня с ними интересы разные, да и у них у каждого своя компания есть. Учиться, я не учился, кроме школы, а в школе не сложились отношения с коллективом, меня там обижали. Интересов в жизни у меня нет, ну таких что бы с компанией какой-нибудь. Я обычно в интернете, что-нибудь смотрю или читаю. Так в общем-то и жизнь проходит, год за годом», - грустно отвечал я.
«А жениться не пробовал?», - спросил попрошайка.
«Не бабы сейчас все поголовно шкуры. От них только разочарование будет. А мамашку с чужим ребёнком мне не надо, я наверное эгоист», - ответил я ему.
«Раньше бабы тоже шкурами были, да они во все времена такими были», - эмоционально заметил попрошайка. Видимо эта тема задела его за живое, и он продолжил: «Я вот в своё время женился, дурак. А ведь никто не тянул. Я резьбой по дереву всегда увлекался, училище закончил. Да только в 90е кому это нужно было. Матрёшек продавать, много не заработаешь. Я всегда к бытовому комфорту равнодушен был, деньги не считал и не копил. Когда женился, жена эти функции на себя взяла. Короче, не заметил я как под каблуком оказался. «Давай это купим, у нас этого нет, а вот у других всё есть», - я только это и слышал от неё. У неё в жизни вообще никаких интересов не было. Ни кино, ни музыка, ни литература, стопроцентная обывательница была. У неё мечта была шубу купить (здесь попрошайка засмеялся). Заставила она меня бросить любимое дело, я потом по работам мыкался, всё за длинным рублём бегал. С возрастом понял, что всё зря, лучше бы всю жизнь занимался тем, что люблю. А с женой разошёлся потом, скандалы были, мордобой».
Выслушав его мне стало как-то легче на душе, наверное, это во мне заговорило злорадство. Я решил задать ему вопрос: «А на улице как оказался?».
«Да у меня всё есть, квартира, подхалтурить есть где. Я на улице просто отдыхаю, отдыхаю душой. Мне дома скучно, поговорить не с кем, не родственников, не знакомых не осталось. Вот я по улицам болтаюсь без дела. Милостыню просто так собираю, я как уже сказал имею достаток, правда хватает его лишь на еду. Здесь на улице я на людей смотрю, наблюдаю за ними. Опять-таки поговорить можно, обычно с бомжами или гастарбайтерами, но общение какое-никакое. Такое у меня теперь хобби, и оно мне нравится», - обламывая моё злорадство сказал попрошайка.
Я как бы на прощание задал последний вопрос: «Не холодно?»
«Нет, потеплее одеться и нормально. Тут на улице опасность это то, что побить могут. Меня вот молодёжь вчера побила, сказал что-то им не то. Я не знаю кто такие, может пидоры. Сейчас вся молодёжь одевается как пидоры. Серьги, волосы прилизанные, штаны узкие. Вот меня таки вчера и побили. Хорошо, что просто побили, а то как бы чего со мной другое сделать могли. Вот, в моё время панки, металлисты, скинхеды были. У них всё-таки какие-то идеи были и били они за дело. А эти, гопники-педерасты какие-то», - попрошайка явно не хотел прощаться и готов был рассказывать ещё, но я сделал пару шагов в свою сторону, и он понял, что пора разойтись.
Дойдя до дома и поднявшись на свой этаж, открыл двери квартиры. Не стал даже включать свет. Прилёгши на диван, я стал рассматривать монетку, которую вернул попрошайка, крутя её в руках. «Эта монета, прям как моя жизнь», - рассуждал я. Салют за окном прервал мой внутренний диалог, я подошёл к окну.