Он снова открыл глаза. Как ни странно, он был жив и здоров, хотя он ясно помнил удар и нестерпимую боль, когда мусоровоз на полном ходу сбил его. Лёха огляделся по сторонам. Он снова находился на лесной поляне, но местность… Выглядела необычно. Все краски в несколько раз ярче обычного, трава куда зеленее, кроны деревьев пышнее. Даже небо, пронзительно голубое, безоблачное, казалось словно нарисованным.
Лёха посмотрел на руки. И вроде всё выглядело как обычно, но какой-то детали будто не хватало, мелкой, но очень важной. Вдруг он понял — его руки выглядят схематичными. Будто он тоже нарисован. Нет ни отпечатков пальцев, ни линий, даже жёлтые ногти исчезли.
– Бля, ну и дела, – удивился он.
Тропинка змеилась под густыми кронами деревьев, и Лёхе не оставалось выбора. Он встал и пошёл. Вскоре он услышал музыку, тихую повторяющуюся мелодию, которая маячила где-то на краю сознания, особо не отвлекая, лишь сопровождая его шаги. Лёха остановился. Музыка стихла.
– Хм, – он по привычке почесал затылок.
Стоило ему сделать ещё пару шагов, как мелодия заиграла снова. Лёха решил не обращать внимания. Не больно-то она и мешала. Вскоре он вышел к опушке леса, под музыкальное сопровождение из барабанов и флейт.
Сразу за опушкой виднелась деревня, удивительно напоминающая что-то азиатское. Островерхие черепичные крыши, пагоды, тонкие, практически бумажные, стены. И рисовые поля, залитые водой. На горизонте же возвышались заросшие лесом горы.
– О, бля, внезапно, – произнёс Герой. – Это чёто новенькое.
Тропинка, словно ручей, впадающий в огромную реку, вывела его на широкий тракт, который шёл к деревне. Лёха, ни на секунду не задумавшись, направился туда. И чем ближе он подходил, тем больше замечал различий по сравнению с обычными русскими деревнями.
Он приблизился к окраине, словно переступив невидимую границу, и к нему тут же вышли навстречу две девушки в полупрозрачных кимоно. Лёхины губы сами собой растянулись в сальной ухмылке, а глаза стали плотоядно шарить по роскошным грудям и внушительным бёдрам. У девушек на головах виднелись милые кошачьи ушки, но для Лёхи это не было проблемой.
– Мадмуазели, бомжур, – куртуазно поздоровался он.
Девушки переглянулись и хихикнули.
– Ohayō gozaimasu! – пискнула первая, жгучая брюнетка с огромными глазами.
– Yōkoso desu! – поклонилась другая, зеленоволосая, и её кошачьи ушки мило встрепенулись.
Лёха снова ухмыльнулся, не обращая внимания на языковой барьер. Слова его в данный момент вообще не интересовали. А язык, на котором он с ними хотел бы говорить — интернационален. Язык тела понимают везде одинаково, а звуки наслаждения не имеют падежей и склонений.
– Добро пожаловать в Онсен! Десу! – проворковала зеленоволосая.
– О-о-о… – протянул Лёха. – Ништяк…
– Меня зовут Мия! – почти пропела брюнетка.
– А меня — Лия! Десу! – вслед за ней пропела зеленоволосая.
– Лёха, – авторитетно представился Лёха. – Герой.
Кошкодевочки томно захихикали, прикрывая ладошками рты и переглядываясь, то и дело стреляя глазками на Героя, уверенного в своей неотразимости.
– А какой у тебя ранг, десу? – спросила Лия.
– Ты давно в Гильдии? – спросила Мия.
Лёха о таком и не слыхивал, но и выглядеть лошком не хотел.
– Ранг? Бля, большой. Здоровенный, сука, ранг, – ответил он. – Девчули, может, город покажете? Выпьем, закусим, тоси-боси, ну вы понимаете, ага?
– Точно! – воскликнула брюнетка. – У нас же сегодня праздник! Пойдём скорее!
Они взяли Лёху за вспотевшие ладошки и потянули за собой, вниз по улице, вдоль разукрашенных стен, увешанных цветочными гирляндами и фонариками. В воздухе витала атмосфера праздника, расслабления и отдыха.
– Вот чё, бля, сразу сюда не попал-то, – пробормотал Лёха себе под нос.
То тут, то там он замечал заинтересованные женские взгляды, селянки останавливались, отвлекались от дел, чтоб посмотреть на Героя. Женщины и девушки, зрелые и юные, глазели на Лёху, словно бы он был настоящим Апполоном, они краснели и смущались, кто-то подмигивал и облизывал губы, но совершенно точно Лёха был окружён вниманием, как никогда раньше.
– А здесь у нас местная Гильдия Авантюристов, десу! – радостно воскликнула Лия, когда они проходили мимо двухэтажного каменного здания. – У меня уже третий ранг, десу!
– Ништяк, – оценил Лёха. – А чё за праздник у вас?
– Ежегодный фестиваль купальников! – хихикнула Мия.
– О-о-о… – Лёха сомлел окончательно.
– Лёха-кун… – Мия засмущалась и покраснела, кошачьи ушки робко прижались к волосам. – Ты… Пойдешь с нами на фестиваль?
– С вами, девчули, хоть на край земли, – Лёха широко улыбнулся, планируя и предвкушая.
– Ура! – выпалила Лия, но тут же смутилась и замолчала, глупо улыбаясь.
Они дошли до центральной площади, посередине которой возвышался фонтан. Всё вокруг было украшено и подготовлено к празднику, начиная от фасадов домов и заканчивая обычными скамейками. Площадь оказалась забита народом, и Лёха с удивлением понимал, что не видит среди них ни одного мужика. Девушки купались в фонтане, смеясь и разбрызгивая воду на подружек, стояли компаниями и весело щебетали, лакомились фисташковым мороженым и сахарной ватой.
Как вдруг Лёха услышал знакомый голос.
– Вот так-то, милые дамы! Именно так мы с верным оруженосцем одолели злого колдуна!
Лёха протиснулся через толпу, подойдя поближе, и увидел Петровича, который тоже выглядел чересчур ярким. Красная грудь колесом, на которой виднелся шеврон, гребешок, лихо завёрнутый набекрень, мощные шпоры, это точно был он. Петух сидел в середине большой компании кошкодевушек, на коленях у одной из них, то и дело утыкаясь клювом в роскошные груди.
– О-о-о! Петрович-сама! Ты такой хра-а-абрый! – томно произнесла одна из них, помахивая тигриным хвостиком.
– Это моя работа, милая, – ответил ей Петрович.
– So strong! – выдохнула другая, с заячьими ушками, иначе одетая, явная иностранка.
– Петрович, бля! – удивлённо воскликнул Герой.
– Лёха?! – выпалил Петрович.
Их взгляды встретились. Девушки удивлённо зашептались.
– Лёха-кун! Ты знаешь господина Петровича? – удивилась Мия.
– А вы его, бля, откуда знаете?
– Oh, it`s a biggest cock I`ve ever seen! – хихикнула зайка.
– Лёха! Я не знаю! Я лёг спать вчера, и проснулся уже тут! – объяснил Петрович.
– Ну… Лады, – хмыкнул Герой. – Здесь я даже тебя готов потерпеть.
– Вот и здорово, десу! – радостно воскликнула Лия. – Давайте праздновать!
– В горячие источники? – спросила девушка с тигриными ушками.
– Горячие источники! – хором завопили кошкодевочки, подпрыгивая от радости.
– Балдё-ё-ёж… – протянул Лёха, живо представляя себе все прелести релаксации в такой компании.
Лия и Мия снова взяли Лёху за руки и медленно повели за собой, остальные девушки пошли рядом. Зайка несла Петровича на руках.
– Лёха-кун, я хочу… – начала томно шептать ему на ухо Мия, и по Лёхиной коже пробежался десант мурашек, но её резко прервали.
– Вот ты где! Бездельник! – голос был полон обиды и злости.
Лёха обернулся. Девочка в коротком сарафане шла прямо к ним широкими быстрыми шагами, словно разъярённая фурия, будто валькирия. Босоногая Богиня лично явилась на праздник. Кошкодевочки стали поспешно расходиться, некоторые падали на колени и вставали на четвереньки в глубоком поклоне.
– Ты! Ч-ч-чудовище! Ты хоть представляешь, сколько миров я обошла? И обязательно тебе было прятаться здесь, в последнем? – выпалила она, потрясая маленьким кулаком в воздухе.
– Чё?! – выдохнул Герой.
– Там идёт битва за жизнь Мультивселенной, а ты прячешься здесь! Трус! – обвинила его Богиня.
– Чё… – понуро ответил Лёха. – Да меня грузовик сбил, бля…
– Не ври мне! В том мире нет грузовиков!
– А в моём — есть, – возразил Лёха.
– Хватит пререкаться! Шагом марш на битву, трус! И ты тоже хорош, фамильяр! Как ты мог его оставить?! Как ты позволил ему покинуть тот мир?! – бушевала она.
– Я волшебный петух, но не всемогущий, – потупился Петрович.
– Хватит! А ну, пошли оба! На работу! – Богиня не желала слушать никаких оправданий.
Девочка вдруг подпрыгнула и с размаху влепила Лёхе щелбан. Свет померк, по телу прошла волна боли, будто он снова попал под грузовик, возникло ощущение полёта. И пусть вокруг была плотная тёмная субстанция, Лёха ясно чувствовал, что рядом летит Петрович.